Interfax.com Интерфакс-Россия Финмаркет СКАН СПАРК СПАРК-Маркетинг Эфир Конференции

Ректор МПГУ: Традиционная лекция умерла, вузы должны менять подход к обучению, чтобы не потерять студентов

Ректор Московского педагогического государственного университета Алексей Семенов поговорил с "Высшим образованием" о том, каким он видит будущее университетов в современной информационной среде,..

о педагогической практике, встроенной в образование, и о том, как спроектировать физическое пространство вуза

- Алексей Львович, два года назад вас назначили ректором МПГУ. Что изменилось в вузе, как теперь готовят педагогов?

- Сейчас по всей России идет возрождение педагогического образования благодаря нескольким факторам. Одним из них является принятие новых федеральных образовательных стандартов. Эти стандарты дают значительную свободу образовательным организациям и при этом задают прогрессивное направление изменений. Одновременно улучшилось финансирование системы образования на всех уровнях, произошло реформирование в направлении более экономного расходования денег. Реализуются механизмы управления образовательным процессом, направленные на достижение результата, а не на затраты труда преподавателя, на постоянную помощь студенту, а не на «сдачу сессии»…

Что же касается изменений в нашем вузе, то для моих решений важнейшим фактором было то, что я в течение 20 лет был руководителем региональной системы повышения квалификации и переподготовки учителей в Москве, еще до этого у меня был восьмилетний опыт работы в школе. У меня есть свой взгляд на то, что школе нужно, «со стороны школы». Традиционный взгляд «со стороны вуза» был иной: педвуз - это классический университет, но второго сорта, после МГУ. Нужно чтобы профессор читал хорошие лекции, студенты по возможности их понимали, потом кто-то из них пойдет работать куда-то в школу. И разговоры у меня с профессорами происходили следующие: "Студенты вас не понимают" - "А я что могу сделать, таких дает школа. Я читаю хорошие лекции". Что получается? Не лучшие выпускники школ приходят в педвуз, там их учат не лучшим образом, поскольку курсы ориентированы не на них, не лучшие выпускники педвуза приходят в школы и не лучшим образом учат там детей - двойной негативный отбор. Речь шла о том, чтобы это радикально изменить, разорвать порочный круг. Нужно, чтобы хорошие выпускники школ шли в педагогические вузы и лучшие выпускники педагогических вузов шли в школы.

Есть еще вопрос о том, что будет с не лучшими выпускниками вуза. Здесь важны несколько обстоятельств. Во-первых, спрос на выпускников может меняться и быть различным в разных регионах. И задача «Лучшие – в школы» будет решаться по-разному, в частности, в рамках целевой подготовки. Во-вторых, если студент не учится, то его надо исключать из вуза в любом случае. В-третьих, большинство выпускников в современных университетах различных стран работают «не по специальности» в узком смысле слова, и мы видим нашу задачу в том, чтобы в наибольшей степени подготовить всех наших выпускников в жизни в современном обществе. Наше педагогическое образование, в котором мы учим студентов учиться и учить, в наибольшей степени соответствует этой цели.

Учиться учить нужно базируясь на практической работе с детьми и на помощи университета. Учится учиться надо на конкретном предметном материале, непосредственно, относящемся к школьной программе и расширяющем ее.

- Говорят, в вузе есть планы по проведению непрерывной практики: студенты раз в неделю будут работать в детсаду, школе. Какие у вас ожидания от этих реформ?

- Курсы по педагогике и психологии, как и любые другие, эффективны, если они базируются на вопросах, возникающих в практике, и есть возможность проверять на практике даваемые ответы.

Из этих очевидных соображений, в явном виде сформулированных еще Коменским четыре века назад, и вытекает наша система подготовки педагогов. Ничего особенно нового в этой системе нет. Она лишь честно реализует то, против чего никто не возражает в принципе, но мало кто делал это в жизни.

Мы считаем, что практика в образовании всех уровней, начиная с дошкольного необходима всем будущим педагогам. Аргумент здесь тоже очевиден: нужно представлять себе весь путь развития ребенка, возникающие при этом трудности, пути их преодоления и последствия на более поздних уровнях, если преодоления не произойдет.

- А только очные студенты проходят эту практику?

- Ну, различий между студентами по закону нет. Диплом будет одинаковый и у очников, и у заочников. В современном мире человек всему может научиться по книгам, через интернет. Различия состоят в уровне ответственности. Если вуз берет 80% ответственности, это очный студент, а если студент берет на себя 80% ответственности, это заочный студент. Поэтому вся эта практика должна быть и у заочного студента. Но он может жить в другом городе, тогда эта практика должна быть там. Он может уже работать учителем в школе, тогда это и будет учитываться как практика. Но она должна идти в постоянном контакте с преподавателями университета. На концептуальном уровне это выглядит таким образом.

- Студенты всех факультетов проходят эту практику?

- Да, всех факультетов. Но, конечно, несколько иная ситуация со студентами, которые выбрали не педагогический профиль, например, «химия», а не «учитель химии». Мы думаем, что многие из них все-таки будут преподавать, поэтому мы должны дать им такой опыт. Учить учиться, учить преподавать мы должны всех. Но пока я говорю в основном о тех, кто учится на педагога. Первые полтора года они получают универсальный бакалавриат, потом определяются, куда пойдут дальше.

- Скажите, а у МПГУ нет планов по строительству новых кампусов?

- Сегодня основной кампус у нас – около метро «Юго-Западная», в ряду других университетских комплексов. Там работают наши крупные институты и факультеты, например, Институт детства, иняз; построены современные общежития, где учатся и живут почти все иностранные студенты. Когда-то в этом месте университету был выделен значительный участок земли, но половину его застроили жилыми домами. Тем не менее, там есть еще некоторые возможности для развития, возможно, в рамках инвестиционного проекта.

Кроме того, ряд наших факультетов и общежитий расположен на северо-востоке Москвы. Но дополнительных участков там нет совсем. Есть и очень важная для нас территория в центре города – на Пироговке, где МПГУ начинался, если вы помните, как Московские высшие женские курсы. И здесь тоже наши здания соседствуют со зданиями других вузов (в том числе теми, которые когда-то были зданиями нашего университета). И наконец, есть присоединившиеся к нам здания Шолоховского университета, которые все, кроме одного, исторического, расположены на юго-востоке города.

Но это – лишь часть картины. Жизнь современного университета во все большей степени идет в интернете – в виртуальном кампусе. Сегодня это – не дополнение к кампусу в физическом пространстве города. Продуктивен иной взгляд – виртуальное пространство, информационная среда вуза, проектируется в первую очередь. Студенты, которые сегодня к нам приходят, уже живут в этом виртуальном пространстве. Мы хотим строить физическую структуру, которая дополнит Интернет, поможет сделать образовательный процесс наиболее эффективным.

Нужно подумать, чего не хватает студенту, который учится виртуально, что мы хотим ему дать дополнительно? Что может добавить ему в плане обучения физическая среда, которая есть в университете? Как существующие помещения использовать для оптимизации образовательного процесса с точки зрения перемещения студентов по городу, и преподавателей - с точки зрения того, с каким количеством студентов они работают одновременно.

В чем смысл большой лекции, если в интернете все выглядит точно также? Какое эмоциональное дисциплинирующее психологическое воздействие дает большая "живая" лекция? И здесь мы обращаемся к Выготскому, к его положениям и о социальной обусловленностью учения и о радикальном изменении психических процессов в новой информационной среде. Необходимо привлечение и современных положений когнитивных наук.

Конечно, есть и простые житейские, но очень важные соображения. У студента может просто не иметься нормальных условий для занятий дома или в общежитии. Нужно создать ему нормальные, комфортные условия для продуктивной самостоятельной работы в университете (в том числе – и с выходом в виртуальный кампус). Не менее важным может оказаться обсуждение в малых группах студентов, их проектная деятельность. Важно и индивидуальное консультирование, тьюторство наших студентов преподавателями или более старшими студентами (это часть педагогической практики магистрантов и т. д.). Важны и библиотеки бумажных книг, коллекции, лаборатории.

Еще одна современная эффективная модель образовательного процесса, которую мы используем, это работа нескольких преподавателей в общем (физическом) пространстве нескольких сот студентов, разбитых на малые группы по 5-6 человек

- Так что, большие лекционные аудитории больше не нужны?

- Я этого не говорю. Я говорю лишь о том, что мы должны спросить сами себя, что и зачем происходит в такой аудитории. Может преподаватель приходит, читает свою лекцию 20-летней давности, студенты не слушают и занимаются своими делами. Это не поддерживает учебный процесс, а разлагает его. С другой стороны – ведь театры еще не опустели. Там идет коллективное переживание, нам нужны такие лекции. И они есть, пример, лекции Дмитрия Быкова. Но, конечно, студенты приходят в университет и для социальной жизни, ради «тусовки». И об этом мы тоже должны думать, проектируя кампус.

- Если вы говорите о том, что нужен более индивидуальный подход к каждому студенту, то не потеряют ли студенты уверенности в себе? Ведь в больших группах отрабатывается навык работы перед публикой, происходит определенное самоутверждение студента.

- Ощущение публичности для выступающего студента очень важно, это надо развивать, и у нас в университете это происходит на практике. Наш студент идет в школу, детсад, и публичность там отрабатывается. Нужно оценивать ситуацию с точки зрения эффективности, а не публичности. Если для публичности нужно собрать 30 студентов в аудитории, дать две минуты каждому выступить, а остальное время они будут заниматься своими делами, то эффективно ли это? Им полезно было бы прослушать всех своих сокурсников, но кто их заставит? Может, лучше организовать 4-6 человек. Как организовать публичность, как ее формировать - отдельный вопрос.